Почему развлечения с животными это не развлечение для животных

За кулисами цирка , жестокость российских цирков с животными

Несколько причин для того, чтобы не ходить в цирк

1. Животным в цирке невозможно создать условия для нормальной физической активности. Их жизненный ритм нарушен из-за шума, света и вибрации, постоянных переездов и репетиций, не говоря уже про стрессы.

2. Все трюки, которые заставляют выполнять артистов поневоле для них противоестественны. Дрессировка предполагает использование крюков, кнутов, палок, электрошокеров, так как по доброй воле животные не станут ничего подобного делать.… Единственный способ подчинения — это страх перед наказанием или голодом. В среде дрессировщиков есть высказывание, которое по понятной причине не выходит за пределы их круга: «Как заставить слона стоять на одной ноге? Надо отшибить остальные три».

3. Во время гастролей животные вынуждены сутками находиться в темных, тесных и душных вагонах, где, кстати, большинство из них проводят всю жизнь в «свободное» от репетиций время. Передвижные цирки-шапито – это верх мучений. Животных перевозят в душных, невентилируемых трейлерах, и моря голодом, чтобы те меньше испражнялись. Известен случай, когда у крохотного слоненка был дефицит массы тела 136 кг! В шапито полностью отсутствует ветеринарный контроль за животными. Характерный пример: у самок иногда начинаются роды во время представления. Именно так недавно морская львица родила детеныша.

4. Очень часто животным удаляют когти, зубы, накачивают их психотропными средствами.

5. Животные в цирках находятся в состоянии хронического стресса, что проявляется в так называемом стереотипном поведении. Они мечутся из стороны в сторону, кусают себя, бьются о клетки.

6. Замкнутые пространства, невозможность создать условия для полноценной ветеринарной помощи и отсутствие санитарных условий увеличивает риск заболеваний.

7. Для пойманных диких животных условия цирка, как говорится, не совместимы с жизнью и часто приводят смерти животного.

8. Для того, чтобы приучить цирковых голубей не бояться выстрелов и шума, их оглушают.

9. Дрессировщики, как правило, не берут во внимание самочувствие животных и состояние их здоровья. Если «артист» ранен, он продолжает трудиться. Например, лошадь с пораненной ногой пришпоривают как можно сильнее и гонят по манежу с такой скоростью, чтобы не было заметно, как она хромает.

10. Не все догадываются, что на конце стека с цветком, за которым идет слон, -металлических крюк, который при неповиновении впивается животному в ухо.

Купив билет в цирк мы поддерживаем все это издевательство над животными. Пока есть спрос будет издевательство.

Жестокость российских цирков с животными.

В цирк и зоопарк не хожу — жалко животных и особенно смотреть на то как их содержат.

1.Вечно переезжающие цирки-шапито — ужас ужасный.

Но лошади, собаки и коты в них живут не такой уж плохой жизнью.

Остальным — редким зверюшкам плохо, да.

2.Собак дрессируют, лошадей, верблюдов дрессируют, соколов дрессируют — вы не против, да?

3. То, что котиков кастрируют для жизни дома, вас не смущает ? — а это операция и жестокость. А то, что им когти подстригают, а порой и полностью убирают, это как, для вас норма?

А в цирках других стран как то по другому все устроено?

В других странах запрещают цирки с животными

Запрета полного или частичного удалось добиться почти в 26 странах Европы. В некоторых странах борьба продолжается, и, следуя мировой эко-направленности завершится победой гуманности над живодерскими развлечениями.

Австрия, Босния и Герцеговина, Венгрия, Великобритания, Греция, Дания, Кипр, Италия, Мальта, Нидерланды, Словения, Румыния, Хорватия, Чехия, Швеция, Финляндия, Эстония.

• Бельгия. Запрет касается большинства видов диких животных в цирках, при этом попугаи и верблюды классифицируются как домашние.

• Германия. Лейпциг стал 50-м городом в Германии, запретившим цирк с животными, ранее это сделали Берлин, Дюссельдорф, Кёльн, Мюнхен, Потсдам, Штутгарт и другие.

• Ирландия. Локальные запреты на использование любых животных в цирках (Дроэда, Фингал, Голуэй, Килдэр, Монахан, Мойл, Южный Дублин, Уотерфорд).

— Испания. Мадрид запретил цирк с животными, присоединившись еще к 300 испанским городам. В постановлении властей Мадрида говорится, что «животные имеют право не становиться жертвами плохого обращения и не подвергаться жестоким действиям, которые причиняют им страдания».

• Норвегия. Локальный запрет на шоу с использованием диких или экзотических животных в коммуне Тромсё.

— Польша. Уже больше года назад Варшава запретила цирки с дрессированными животными, включая распространение билетов на такие мероприятия. До этого с подобной инициативой выступили Вроцлав, Познань, Лодзь, Шрем, Слупск, Сьрем, Колобжег, Ополе, Гдыня, Бельско-Бяла, Быдгощ, Бранево и другие города. Власти убеждены, что цирки с животными пагубно влияют на психику детей, которые с ранних лет приучаются видеть насилие над другими живыми существами.

— Португалия. Запрет действует в двух муниципалитетах Португалии – столичный и популярного курорта – поддержали гуманную тенденцию. Принятия данного решения добилась Партия защиты природы и животных. Мотивом послужили рекомендации педагогов, доказывающие, что наблюдение за страданиями животных травмирует психику детей.

— Украина. Здесь стараются не отставать от западных трендов и вопрос о полном прекращении деятельности цирков с животными находится в фазе обсуждения. На данным момент запрет на переездные цирки поддержали Львов, Николаев, Днепр (Днепропетровск), Луцк и другие города. Кроме того, бывший узник концлагерей профессор Игорь Малицкий обратился к президенту Петру Порошенко с просьбой ввести запрет на работы не только цирков, но и дельфинариев.

Особенно актуален этот вопрос после разоблачения Госэкоинспекции дельфинариев «Немо» и цирка «Кобзов». В прошлом году в дельфинарии нашли ряд экологических нарушений: отсутствие разрешения на выбросы загрязняющих веществ в воздух, документов на землю, декларации об образовании отходов и пр. В цирке «Кобзов» слонов, тигров, зебр, страусов, бизонов, жирафа, змей и крокодилов содержали в тесных клетках и демонстрировали на потеху публике.

Читать еще:  Grumpy Cat 2.0. – уличная версия. Он заставил всех в приюте влюбиться в себя.

— Эстония. На данный момент в Эстонии запрещены цирки с участием рождённых на воле животных. Законопроект о полном запрете использования в цирке диких животных на данный момент находится в стадии разработки. При этом, Таллинн вслед за Тарту и Пярну уже ввел соответствующие табу на своей территории и закрыли въезд для цирков с животными.

Почему мы больше сочувствуем животным, чем людям

Жестокое обращение с животными — проблема, о масштабах которой многие стараются не задумываться. В то же время отдельные случаи зверств в адрес зверей мощно освещаются медиа и вызывают бурный эмоциональный отклик, будь то история жирафа Мариуса, убитого в копенгагенском зоопарке, или льва Сесила, павшего жертвой охотника за трофеями. Все это наводит на мысль, что механизмы нашей эмпатии работают выборочно: мы по-разному реагируем на страдания котенка, коровы и бультерьера, а трагедия отдельно взятого человека или социальной группы может и вовсе оставить кого-то равнодушным. Элисон Настаси обратилась к специалистам в области социологии, психологии и антрозоологии и попросила их объяснить, как на наше восприятие страданий животных влияют представления об их функции в обществе, и как это связано с традицией обвинять жертву, если она человек.

Текст: Alison Nastasi, Hopes&Fears

профессор гендерной социологии
Университета Колорадо

Если вкратце, то всё зависит от того, какие животные, и какие люди. Уровень эмпатии, которую мы способны испытывать, зависит от наших представлений о невинности пострадавшего. Этому вопросу как раз посвящено исследование, которое мы провели с Арнольдом Арльюком и Джеком Левиным и которое было опубликовано в журнале Society & Animals. Мы исходили из предположения, что людей значительно сильнее трогают страдания животных, нежели страдания других людей. Арни и Джек провели эксперимент в Северо-Восточном Университете, предложив 240 студентам прочитать статью, якобы опубликованную в Boston Globe. На самом деле им раздали четыре разные версии текста об одном и том же происшествии: различались только детали, то есть пострадавшие. В первом случае это был взрослый человек, во втором — ребенок, в третьем — щенок, и в четвертом — взрослая собака. После чтения статьи участники эксперимента отметили уровень своего сочувствия по 15-балльной шкале. Выяснилось, что больше всего аудиторию тронула и опечалила история о ребенке, потом о щенке, потом о собаке и лишь в последнюю очередь о взрослом человеке.

психолог, ассистент-профессор Университета
Де Поля, специалист в области антрозоологии
и предотвращения насилия над животными

Животные делают нас более человечными. Существуют исследования, подтверждающие, что некоторые люди способны испытывать большую эмпатию и более бурно реагировать на информацию о насилии над животными, чем над людьми. В частности, недавнее исследование социологов Арнольда Арльюка и Джека Левина предполагает, что мы становимся более бесчувственными к историям о человеческих мучений, в частности потому, что в новостях чаще делается упор на агрессоров и виновников преступления, а не на личные истории потерпевших. Это может быть одной из причин, почему люди гораздо более эмоционально реагируют на истории о насилии над животными — как, например, в случаях с убийством полугодовалого жирафа Мариуса в зоопарке Копенгагена или льва Сесила в Зимбабве. Вне зависимости от того, идет речь о животном или о человеке, люди всегда испытывают больше сочувствия к отдельной жертве, чем к целой пострадавшей группе.

Социальные конструкты являются ключами к пониманию всех типов насилия и реакций на него, будь то частная история издевательств одного человека над другим или социальное насилие в адрес социальной группы или животных. Восприятие уязвимости или невинности — важные факторы в формировании этих реакций. Из психологических и социологических исследований мы знаем, что чем больше мы идентифицируем себя с индивидуумом, у которого есть имя, лицо и судьба, тем большую мы будем испытывать эмпатию к нему и не позволять себе или попустительствовать насилию в его адрес.

В свою очередь, когда насилию подвергается целая группа «других» людей, мы предпочитаем психологически дистанцироваться и ограничиваем себя в эмпатии. Это называется «гомогенизация». То есть, когда агрессия направлена на «евреев» или «геев», слонов или морских котиков в целом — но не одного из них, — нам значительно сложнее переживать по этому поводу. По поводу того же льва Сесила в медиа звучали мнение, что если бы он был «просто еще одним львом», а не выдающейся особью, такой единогласной возмущенной реакции бы не было. Учитывая всё, что мы знаем об эмпатии и о важности восприятия жертвы как индивидуума, это похоже на правду. Более того, если бы убийца знал, что лев, на которого он нацелился, был «личностью», возможно, он бы не стал его убивать — если, конечно, у него не было психопатических отклонений, при которых неприменим среднестатистический образ мышления.

Люди всегда испытывают больше сочувствия
к отдельной жертве, чем к целой пострадавшей группе

Более того, путь предвзятого отношения к определенной группе с позиций превосходства еще дальше уводит нас от эмпатии и в сторону дегуманизации. Финальный когнитивный шаг навстречу насилию — это демонизация. К примеру, в истории с убийством льва Сесила, медиа позиционировали его убийцу как «врага народа». Это опасно и чревато тем, что люди ополчаются на абстрактный символ и перестают рассматривать эту ситуацию как поступок отдельно взятого конкретного человека.

На беглый взгляд, у этой истории есть очевидная жертва и убийца и всё четко делится на черное и белое. Большинство людей согласится, что охота за трофеями — чудовищная и порочная практика, как и множество других вещей, которые практикуют люди, причиняя большие мучения другим людям, а также нашей планете. Однако при ближайшем рассмотрении из-под простой морали вылезает множество куда более комплексных вопросов, таких как расизм, нищета, классовое деление, разница в восприятии страданий людей и животных и множество других факторов.

Психологи и социологи постоянно расширяют область знаний об эмпатии и взаимоотношениях людей и животных. К примеру, мы знаем, что людям, испытывающим проблемы с привязанностью и построением отношений из-за травм, нанесенных им в прошлом другими людьми, способно помочь общение с животными и любовь к ним. Осознание факта, что животные — разумные существа и они тоже испытывают страдания, делает нас более человечными.

президент Института животных и общества, редактор журнала «Общество и животные»

Разумеется, предположение, что страдания животных вызывают у нас намного больше возмущения, в целом ошибочное — учитывая, насколько общество равнодушно к мучениям многих животных и даже не признаёт их мучениями. Я говорю и о животных, взращенных на фермах и фабриках, чтобы украсить наши тарелки, и о тестировании косметики и лекарств на лабораторных подопытных — обо всех животных, которым отказано в праве жить в естественной для них среде обитания. Так что наше внимание и отзывчивость к страданиям братьев наших меньших крайне избирательна и в основном сводится к питомцам и отдельным представителям мегафауны — выброшенному на берег киту или тигру, ставшему жертвой браконьеров.

Читать еще:  Женщина вырвала котика из лап неминуемой смерти

Одна из причин избирательной эмпатии, когда людей куда больше трогают страдания зверей, — отсутствие амбивалентности в отношениях людей и животных: моя собака не может мне ответить, однако часто наглядно демонстрирует свои реакции и ожидания. У меня нет причин сомневаться в ее преданности, хотя она зачастую ведет себя так же с другими людьми. Еще одно объяснение заключается в том, что история избирательного размножения и выведения пород животных-компаньонов привела к неотении — сохранению инфантильных и детоподобных черт во взрослом возрасте, вроде больших глаз или лба. В итоге животные-компаньоны вызывают у нас такие же отеческие и материнские инстинкты, как дети.

ассистент-профессор кафедры социологии Калифорнийского университета

С социологической точки зрения эту проблему лучше всего рассматривать и изучать в контексте того, насколько комплексны и противоречивы наши взгляды и суждения в отношении животных. В нашем обществе некоторые животные завоевали определенный статус и признание. Мой любимый пример — собака. В большинстве стран собак не рассматривают как еду, однако не во всех. Мы привыкли к тому, что собаки живут в наших домах, порой даже спят в наших постелях, а мы их кормим. А где-то собак используют для защиты от хищников и воспринимают как грязных созданий, которых нельзя пускать на порог.

Те же львы пользуются в нашем обществе уважением: это животные, наделенные мифом, которых мы с детства видим в зоопарке или цирке. Мы — некое обобщенное коллективное «мы» — придерживаемся мнения, что они не могут быть едой и на них нельзя охотиться. Львы освящены нашей особой протекцией, хотя кто-то может возразить, что их эксплуатируют для развлечения публики. Америка, как и многие другие страны, не является их естественной средой обитания, а демонстрация этих животных призвана услаждать человеческий взор. Но сам факт того, что протесты против эксплуатации животных в цирке всё еще актуальны, говорит о том, что консенсуса по этому вопросу пока нет и далеко не все согласны, что животных не стоит выставлять на потеху обществу. Это всё еще серая зона, в которую попадают многие другие виды: дельфины, киты, слоны и так далее. Более того, запутанность нашего отношения к животным подтверждается тем, что нам свойственно ставить некоторых животных иерархически выше других. К примеру, лось или корова вызовут одну реакцию, а лев — несколько другую, потому что для кого-то первые попадают в категорию потенциальной еды.

Принято считать, что животные по своей природе невинны, но нам не свойственно наделять подобной невинностью людей

Тут важно прояснить, что я имею в виду, говоря о «нас». Во всех обществах существуют негласные правила. Ряд этих правил кристально понятен всем, но некоторые куда более туманны и оставляют пространство для интерпретаций. Например, на каком расстоянии друг от друга нужно стоять в очереди? Или стоит ли сбрасывать человека со счетов после одного свидания? Ответы на эти вопросы у нас есть благодаря годам социализации через семью, друзей и медиа. И хотя порой мы даже не способны артикулировать эти правила, мы точно чувствуем, когда кто-то нарушает. Некоторые наши взгляды в отношении животных предельно просты: мы не едим своих питомцев, а также не занимаемся с ними сексом (хотя это, желательно, касается всех животных). Но некоторые куда менее прямолинейны. Должны ли мы использовать животных для развлечения? Должны ли мы есть животных? И если да, то каких и как надо их убивать? Нужно ли запретить охоту? На каких животных дозволено охотиться и почему охотиться на одних зверей — это нормально, а на других — нет? Все эти вопросы и взгляды вступают в бесконечное противоречие друг с другом.

Так почему же изображение страданий животных вызывает куда более бурный отклик и гнев, чем такие же изображения людей? Принято считать, что определенные животные по своей природе невинны и должны находиться под нашей защитой. Но нам не свойственно наделять подобной невинностью людей. «Мы» до сих пор привыкли винить жертву в ее злоключениях и страданиях. Мы признаём, что животные не «нарываются» на убийство, но почему-то отказываем в этом людям. И наши реакции на страдания людей напрямую вызваны нашими взглядами на понятие «жертвы» в целом, а также ее расы, пола, гендера или классовой принадлежности.

руководитель программы исследования коммуникации людей и животных
Института животных и общества

Несмотря на то, что отдельные случаи зверства в адрес животных (вроде застреленного льва Сесила, питбуля Кейтлин, найденной с заклеенной скотчем пастью, безымянных котят, которых швыряли об стену, кролика Аллана, убитого в прямом эфире датской радиостанции, и так далее) привлекают внимание медиа и вызывают единогласной ужас, это вовсе не означает, что люди в целом куда больше переживают за животных, чем за людей. Да, нам заметно проще возмущаться отдельными случаями жестокости, чем бесчисленным количеством животных, которые каждый год становятся жертвами человеческой жадности, тщеславия или бессердечности. Психологи доказали, что чем больше цифра погибших или пострадавших (неважно, людей или животных), тем меньше наше сочувствие. Мы обращаем внимание на отдельных жертв, потому что нам проще осмыслить такой масштаб бедствия. Но дело не только в цифрах.

Фокусируясь на частных историях жестокого обращения с животными (или, наоборот, духоподъемных историях их спасения и исцеления), мы «искупаем» собственное равнодушие к более масштабным бедствиям и позволяем себе не думать о систематических кошмарах, подстерегающих животных в нашем обществе. Более того, осмелюсь сказать, что медийное освещение каждого отдельного яркого случая на самом деле маскирует институализированную жестокость по отношению к животным, которая не просто творится каждый день, но в которой мы пассивно виновны своим безучастием. Мы любим есть мясо, хотим думать, что товары, которые мы потребляем, безопасны для человека (хотя даже тесты и медицинские эксперименты неспособны в полной мере это гарантировать), мы покупаем, разводим и продаем животных без малейшего волнения об их будущем. А часть из нас просто убивает животных из спортивного интереса. И наше возмущение или ярость по поводу одного отдельно убитого зверя никак не поможет.

Читать еще:  Крепкая дружба: рыжий котик и его маленькая копия неразлучны

9 развлечений, от участия в которых стоит отказаться всем, кто любит животных

Адекватный взрослый человек вряд ли поведет своего ребенка на собачьи бои, ведь это жестоко и аморально. Но цирк или дельфинарий — совсем другое дело. Вполне возможно, что некоторые люди не знают или предпочитают не замечать очевидного: порой наши излюбленные семейные развлечения не уступают собачьим боям в жестокости.

Мы в AdMe.ru за гуманное отношение ко всем животным, поэтому хотим, чтобы все, кто неравнодушен к живой природе, знали, что скрывается за безобидными на первый взгляд мероприятиями.

Цирк с животными

Животные в природе никогда не делают того, что их заставляют делать в цирках. Они вовсе не рады ездить на велосипедах, прыгать через горящий обруч и танцевать, но хорошо знают, что будет, если они этого не сделают. В перерывах между выступлениями звери живут в тесных клетках и вольерах, а постоянные переезды превращают их жизнь в кошмар. Зоозащитники по всему миру борются за запрет на использование животных в цирках, и во многих странах они победили. К сожалению, не во всех.

Альтернатива: цирк без животных.

Дельфинарий

В природе дельфины и киты живут небольшими стаями и способны за сутки проплыть сотни километров. Запертые в тесных резервуарах, они страдают без семьи и движения. Их мышцы атрофируются, поэтому, например, у взрослых косаток верхние плавники часто ослабевают и свисают вниз. Бизнес дельфинариев построен на страдании животных, начиная с отлова молодняка и заканчивая их болезнями и гибелью в мутной воде бассейна. Во многих странах, особенно после череды нападений косаток на своих тренеров, этот бизнес признали жестоким и запретили использовать китов и дельфинов для шоу.

Альтернатива: морская прогулка, плавание с маской.

Катание на слонах

Благодаря индийским фильмам и детским книжкам, у многих людей сложилось неверное представление о слонах как о добрых сельскохозяйственных животных, которые всегда рады услужить человеку. На самом деле послушание слона основано на насилии и жестокости. Напуганного малыша рано забирают от матери; его психологически ломают, чтобы он понял: человека нужно бояться. Этот процесс ничем не отличается от пыток. Забитое животное приучают слушаться махута, орудующего железным крюком. Неудивительно, что время от времени туристы становятся жертвами агрессии слонов.

Альтернатива: посещение реабилитационного центра для слонов.

Змеиное шоу

В азиатских странах для туристов часто устраивают шоу с ядовитыми змеями: их дразнят, заставляют нападать, возят по полу за хвост и дают потрогать всем желающим. И это не всегда безопасно для зрителей. После шоу змей убирают в тесный контейнер или мешок, откуда не выпускают до следующего представления. От такого обращения у рептилий случаются травмы: ссадины и переломы (да, у змей есть кости и они чувствуют боль). Но это мало кого волнует, ведь змеиный век в таких местах недолог: вскоре змею все равно убьют ради красивой кожи или медицинских снадобий.

Альтернатива: просмотр фильма о змеях.

Скачки

Из всех возможных видов взаимодействия с лошадью скачки и бега — самый жестокий и травмоопасный. Любое скоростное состязание — большой стресс для коня. Чувствительную кожу рта рвут удила, лошади ломают ноги, получают растяжения и заболевания суставов, также страдает их психика. Бывали случаи, когда во время скачек кони погибали от переутомления. Спортивная карьера скаковой лошади длится максимум 10–15 лет, после чего травмированных и психически неуравновешенных животных сдают на мясо.

Альтернатива: посещение реабилитационного центра для лошадей.

Контактные зоопарки

Контактные зоопарки — одно из самых популярных детских развлечений. Родители с удовольствием позволяют своим деткам тискать котяток, лисичек, енотиков. Предполагается, что так ребенок учится любить живую природу. При этом мало кто задумывается, что чувствует эта самая живая природа, когда ее тысячный раз за день берут на руки и гладят. Также никому не интересно, нравится ли животным вечно сидеть в торговом центре, не видя дневного света и не бывая на открытом воздухе. Какую мысль можно вынести из посещения контактного зоопарка, кроме той, что животные нужны человеку для развлечения?

Альтернатива: работа волонтером в приюте для животных.

Шоу крокодилов и аллигаторов

Крокодилы, выступающие перед публикой, обычно содержатся на фермах в небольших помещениях, под завязку забитых рептилиями. Их выпускают небольшими группами только на время шоу. Хэндлеры должны выполнить несколько обязательных элементов, в том числе положить крокодилу в пасть руку или голову. Иногда зрителям не везет: они становятся свидетелями несчастного случая.

Альтернатива: сафари в местах, где водятся крокодилы.

Фото с экзотическими животными

Фотографы с обезьянкой или попугаем на плече часто предлагают свои услуги в местах скопления туристов, и многие не могут устоять перед очаровательной зверушкой, поддерживая деньгами прибыльный, но жестокий бизнес. Животных стараются обезопасить для клиента: вырывают когти, зубы, накачивают успокоительными. По окончании сезона большинство обезьянок, попугаев и игуан усыпляют, так как содержать их в межсезонье очень дорого.

Альтернатива: фотографируйте животных в естественной среде обитания.

Катание на лошадях

Верховая езда может быть приятным занятием как для человека, так и для лошади. Для этого между ними должна установиться особая связь, основанная на доверии и заботе. Эта связь невозможна, когда речь идет о потребительском отношении к коню. Организации, предлагающие конные прогулки, в погоне за прибылью не отказывают даже неумелым и слишком тяжелым всадникам, которые могут легко травмировать спину животного. Еще хуже обстоят дела с «покатушечниками» в парках: обычно они покупают лошадей по дешевке у мясников и сдают обратно, когда те отслужат свое.

Альтернатива: профессиональные уроки верховой езды на постоянной основе.

Конечно, отказаться от посещения тех мест, где мы привыкли получать столько положительных эмоций, непросто. Каждый раз нам хочется верить, что вот именно здесь животные не страдают. Но это не так: животным хорошо только тогда, когда им позволяют оставаться животными, а не артистами, транспортными средствами или фоном для фото.

А как вы относитесь к зообизнесу? Считаете ли вы его неэтичным или же уверены в том, что защитники животных слишком сгущают краски?

Источники:

http://pikabu.ru/story/za_kulisami_tsirka__zhestokost_rossiyskikh_tsirkov_s_zhivotnyimi_7030029
http://www.wonderzine.com/wonderzine/life/life-opinion/215687-stop-the-violence?from=readmore
http://www.adme.ru/zhizn-zhivotnye/9-razvlechenij-ot-uchastiya-v-kotoryh-stoit-otkazatsya-vsem-kto-lyubit-zhivotnyh-2028765/

Ссылка на основную публикацию
Статьи на тему:

Adblock
detector